makekaresus (makekaresus) wrote in bolshoe_kino,
makekaresus
makekaresus
bolshoe_kino

комикс про Ноя

Даже выбросив на периферию интеллекталистский снобизм, можно смело констатировать, что нынешний Голливуд в лице своих передовых «осмысленных» блокбастеров превратился по известной марксистской закономерности в кинематографический фарс, в сценарную и визуальную пародию на самих себя. Именно на основании таких фильмов, как «Ной» Даррена Аронофски, можно говорить о трансформации классического Голливуда в дорогостоящий и напыщенный Болливуд (без учета танцев). В этой кинокартине первичная библейская наррация была гипертрофировано извращена и эклектично перенасыщена. Вместо внятной поучительной легенды мы получили какую синкретическую констелляцию событий, характеров, персонажей, конфликтов; собственно, от исходного нарратива нам достались только библейские имена, «каждой твари по паре» (исключительно компьютерные, кстати) и сам факт потопа. Из простой истории-катастрофы о вселенской каре Яхве по причине нравственного разложения человечества бойкие голливудские сценаристы создали чудовищно (с точки зрения масштабов) идеологизированное повествование, заигрывающее с экофашистскими, феминистскими, мультикультуралистскими словесными гаджетами. Одареннейший иудейский режиссер буквально растоптал свой родную традицию ради того, чтобы создать очередной апокалиптический блокбастер, еврейскую кино-катастрофу, качественный иудеохристианский аналог «Перси Джексона» (но с более серьезным смысловым подтекстом).

На деле Аронофски создал типичный, созданный по отработанным индустриальным лекалам, мейнстрим-блокбастер для широкой аудитории (детям – каменные трансформеры, то бишь библейские великаны, масштабная баталия а-ля «властелин колец», и в придачу Гермиону с Перси-мать-его-Джексоном; взрослым – сложносочиненная драматургическая коллизия, психологизм взаимоотношений Ноя с семьей и враждующим окружением). И о чем только думал автор «Реквиема…» и «Пи»? Ответ простой. Библейская история была цинично переосмыслена голливудской фабричной бригадой под запросы фокус-групп, господствующую американизованную политкорректность и прочий мультикультурализм. Поэтому это визуальное месиво даже «по мотивам» вряд ли можно называть. Хотя вроде бы «Ное» совмещен ряд разновременных библейских дилемм: будущее потомства Авраама (бесплодие Сарры), разложение гордой Вавилонской цивилизации, творение и грехопадение человечества и пр. Все эти образы причудливым образом наложены или включены в исторической контекст событий Потопа. С этим можно было смириться и простить это режиссеру ввиду крайне малых самого библейского первоисточника, но…

Каждая библейская идея до неузнаваемости реконструирована; эдакий случай ремесленнической деконструкции. Ной из самого плоскостного и прямолинейного моралиста стал одиноким человеком-конфликтом с болезненным чувством вины и замашками детоубийцы. Действительно, какая аудитория будет с интересом смотреть на исполнительного праведника, заключившего Завет с Создателем о продолжении человеческого рода? Здесь отсутствуют типичные постсовременные драматургические коллизии, поэтому надо приправить персону праведника болезненным психологизмом, а мотивировку ограничить «пета»-идеологией, экофашистскими коннотациями о невинных животных и чистой природе, не связанной человеческим бременем. Кстати, показательно, что типично библейскую идею о кардинальной отличимости и особом значения человека по сравнению с животным миром (тезис, противоположный нынешнему воинственному экологизму) как раз выражает не Ной, а главный злодей Тувал-Каин. В конечном счете, мы сталкиваемся с классической эдипизацией повествования, когда герой заключается в клеть непримиримых противоречий, из которой уже не в силах выкарабкаться без помощи «deus ex mashina».

В библейском первоисточнике греховный человеческий род, наказанный за многобожие, сексуальные извращения и социальную несправедливость, вдруг оказывается повинным в извращенном каннибализме и тяжких убийствах (конечно, среднестатистический американец только за подобные правонарушения готов отправить преступника на электрический стул). Кстати, в фильме сама человеческая цивилизация, вне зависимости от грядущего Потопа и крушащих трансформеров, находится в предапокалиптическом обмороке перенаселения, уничтожения ресурсов, - более всего тут отражаются галлюцинации современного обывателя, страшащегося потенциальных угроз от самопожирающего капитализма. Как понимаете, здесь и близко не отражена позиция жесткого библейского моралиста, - того этического монотеиста, пекущегося о чистоте веры и дел.

Тоже касается семейной проблематики, затронутой в «Ное»… Какая-то пустопорожняя дичь, где самым здравомыслящим оказывается «гермиона» и в финале устраивает назидательную порку старику-герою, - некое первертивное секулярное мракобесие, где дж. роулинг учит библейского мудреца-писателя как надо было правильно и «профессионально» закончить книгу Иова…

…Из достоинств фильма без сомнений нужно признать режиссерский почерк Аронофски с его эффектными монтажными экскурсами (высокохудожественные нарезки сотворения мира и грехопадения можно использовать как в консервативных кирхах, так и на атеистических светских кафедрах: стоит констатировать предельно широкий спектр использования этих визуальных картин), - это главная эстетская фишка еврейского визуализатора (помните гениальное комбо-«ширялово» в «Реквиеме по мечте» - вероятно, видео-символ наркомании как культурологического феномена).

Так что диагноз «Ноя» не утешителен – псевдобиблейский «перси джексон» с каменными трансформерами, масс-культовым Достоевским (слезы ребенка или план Божий), бредовым кастингом (Кроу пришлось вытягивать на себе всех этих молоденьких недоделков, - вероятно, карма за десятки оскорбленных консьержей и официантов) и визуальными зарисовками в стиле научно-популярных ТВ-каналов.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments